krokhino_cerkov (krokhino) wrote,
krokhino_cerkov
krokhino

Category:

Стихи о затопленных храмах

За время подготовки спектакля о разрушенных и затопленных храмах Ольгой Сиваченко было пересмотрено большое количество тематических стихов и прозы. Среди них - небольшое стихотворение А. Антипова и проникновенная стихотворная поэма В. Солоухина "Сказка", написанная в 1961 году.
Образ «вóды небесного Нила» в некоторых песнях и стихах Андрея Антипова отсылает нас к легенде о граде Китеже, ушедшем на дно Светлояра, согласно которой "в тихую безлунную ночь можно расслышать звук колоколов со дна озера и увидеть в его водах отражение храмов". Но самое важное и тонкое, что передаёт символ "затопленной церкови", заключается в том, что мы находимся внутри этого незримого Храма, и одновременно он заключён в нас, «на дне души»...


b84ebbc18dfb    Андрей Антипов

      * * *
Она стоит на дне морском
В утопленном селе.
Там рак на паперти глазком
Косит навеселе.

Когда прокатится волна
В отверстия окон –
Звенят её колокола
И травы бьют поклон.

Чуть пахнет ладаном вода.
А ведь и хора глас
Был слышен в час, в неё когда
Входил я первый раз.

Теперь там сонной рыбы тень,
Глухие камыши…
Порой она в прозрачный день
Видна на дне души.


...
Анатолий Белощин. Храм судьбы. Вход в подводную пещеру, 2007 г.


В своей публицистике конца 1950-х — начала 1960-х годов Владимир Алексеевич Солоухин указывал на необходимость сохранения национальных традиций, размышлял о путях развития русского искусства, интересовался русскими иконами, высказывался за бережное и внимательное отношение к ним, став собирателем и специалистом по истолкованию и технике иконописи. Его "Сказка" и о ценности простой иконы, и о трагичной истории порушенного храма с некогда золочеными колоннами...


Владимир Солоухин "Сказка"

В храме — золоченые колонны,
Золоченая резьба сквозная,
От полу до сводов поднимались.
В золоченых ризах все иконы,
Тускло в темноте они мерцали.
Даже темнота казалась в храме
Будто бы немного золотая.
В золотистом сумраке горели
Огоньками чистого рубина
На цепочках золотых лампады.

Рано утром приходили люди.
Богомольцы шли и богомолки.
Возжигались трепетные свечи,
Разливался полусвет янтарный.
Фимиам под своды поднимался
Синими душистыми клубами.
Острый луч из верхнего окошка
Сквозь куренья дымно прорезался.
И неслось ликующее пенье
Выше голубого фимиама,
Выше золотистого тумана
И колонн резных и золоченых.

В храме том, за ризою тяжелой,
За рубиновым глазком лампады
Пятый век скорбела Божья Матерь,
С ликом, над младенцем наклоненным,
С длинными тенистыми глазами,
С горечью у рта в глубокой складке.

Кто, какой мужик нижегородский,
Живописец, инок ли смиренный
С ясно-синим взглядом голубиным,
Муж ли с ястребиными глазами
Вызвал к жизни тихий лик прекрасный,
Мы о том гадать теперь не будем.
Живописец был весьма талантлив.

Пятый век скорбела Божья Матерь
О распятом сыне Иисусе.
Но, возможно, оттого скорбела,
Что уж очень много слез и жалоб
Ей носили женщины-крестьянки,
Богомолки в черных полушалках
Из окрестных деревень ближайших.
Шепотом вверяли, с упованьем,
С робостью вверяли и смиреньем:
«Дескать, к самому-то уж боимся,
Тоже нагрешили ведь немало,
Как бы не разгневался, накажет,
Да и что по пустякам тревожить?
Ну а ты уж буде похлопочешь
Перед сыном с нашей просьбой глупой,
С нашею нуждою недостойной.
Сердце материнское смягчится
Там, где у судьи не дрогнет сердце.
Потому тебя и называем
Матушкой-заступницей. Помилуй!»

А потом прошла волна большая,
С легким хрустом рухнули колонны,
Цепи все по звенышку распались,
Кирпичи рассыпались на щебень,
По песчинке расточились камни,
Унесло дождями позолоту.
В школу на дрова свезли иконы.
Расплодилась жирная крапива,
Где высоко поднимались стены
Белого сверкающего храма.
Жаловаться ходят нынче люди
В областную, стало быть, газету.
Вот на председателя колхоза
Да еще на Петьку-бригадира.
Там ужо отыщется управа!

Раз я ехал, жажда одолела.
На краю села стоит избушка.
Постучался, встретила старушка,
Пропустила в горенку с порога.
Из ковша напился, губы вытер
И шагнул с ковшом к перегородке,
Чтоб в лоханку выплеснуть остатки
(Кухонька была за занавеской.
С чугунками, с ведрами, с горшками).
Я вошел туда и, вздрогнув, замер:
Средь кадушек, чугунков, ухватов,
Над щелястым полом, над лоханью,
Расцветая золотым и красным,
На скамье ютится Божья Матерь
В золотистых складчатых одеждах,
С ликом, над младенцем наклоненным,
С длинными тенистыми глазами,
С горечью у рта в глубокой складке.
— Бабушка, отдай ты мне икону,
Я ее — немедленно в столицу...
Разве место ей среди кадушек,
Средь горшков и мисок закоптелых!
— А зачем тебе? Чтоб надсмехаться,
Чтобы богохульничать над нею?
— Что ты, бабка, чтоб глядели люди!
Место ей не в кухне, а в музее.
В Третьяковке, в Лувре, в Эрмитаже.
— Из музею были не однажды.
Предлагали мне большие деньги.
Так просили, так ли уж просили,
Даже жалко сделалось, сердешных.
Но меня притворством не обманешь,
Я сказала: «На куски разрежьте,
Выжгите глаза мои железом,
Божью Матерь, Светлую Марию
Не отдам бесам на поруганье».
— Да какие бесы, что ты, бабка!
Это все — работники искусства.
Красоту они ценить умеют,
Красоту по капле собирают.
— То-то! Раскидавши ворохами,
Собирать надумали крохами.
— Да тебе зачем она? Молиться —
У тебя ведь есть еще иконы.
— Как зачем? Я утром рано встану,
Маслицем протру ее легонько,
Огонек затеплю перед ликом,
И она поговорит со мною.
Так-то ли уж ласково да складно
Говорить заступница умеет.
— Видно, ты совсем рехнулась, бабка!
Где же видно, чтоб доска из липы,
Даже пусть и в красках золотистых,
Говорить по-нашему умела!
— Ты зачем пришел? Воды напиться?
Ну так — с богом, дверь-то уж открыта!

Ехал я среди полей зеленых,
Ехал я средь городов бетонных,
Говорил с людьми, обедал в чайных,
Ночевал в гостиницах районных.
Постепенно стало мне казаться
Сказкой или странным сновиденьем,
Будто бы на кухне у старушки,
Где горшки, ухваты и кадушки,
На скамейке тесаной, дубовой
Прижилась, ютится Божья Матерь
В золотистых складчатых одеждах,
С ликом, над младенцем наклоненным,
С длинными тенистыми глазами,
С горечью у рта в глубокой складке.
Бабка встанет, маслицем помажет,
Огонек тихонечко засветит.
Разговор с заступницей заводит...

Понапрасну ходят из музея.

Tags: Крохино, стихи
Subscribe

  • Дети Архимеда - Крохино

    С 10 сентября в детской архитектурно-художественной школе "Архимед" г. Мытищи открылась крохинская фотовыставка "Города под…

  • Живые дороги затопленного Калязина

    Впервые за 20 лет обнажился старинный центр города Калязина, затопленный водами Волго-Балта и Угличской ГЭС... Это произошло из-за интенсивного…

  • Раздвоение ... выставки и её путешествия

    Прошло уже больше года, как была создана фотовыставка "Города под водой". Где только мы не пробовали её показывать, какие только площадки…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments