?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Оригинал взят у mavicc в СПАСЕНИЕ КРОХИНСКОГО ХРАМА (дневник волонтера). ч. 1


Сведения о времени и причинах закрытия храма Рождества Христова в с. Крохино пока что скрыты от нас в архивных документах.  Было ли это следствием антицерковной политики властей, либо вследствие решения о затоплении поселка, но как бы то ни было, первые утраты храм понес не от вод шекснинского водохранилища, образовавшегося к середине 1960-х гг., а от рук человека.

Местные жители еще помнят то время, когда с храма сбили кресты и разрушили шпиль колокольни.
Попробуем составить хронику разрушений на основании сохранившихся фотографий храма, сделанных в разное время. По причине того, что многие фотографии не датированы, определить точное время того или иного разрушения невозможно. Поэтому приходится оперировать довольно обширными временными рамками – целыми десятилетиями.



- 1970-е гг.: вода и лед подтачивают восточную и южную стены храма; начинает разрушаться апсида алтаря.



- 1980-е гг.: алтарная часть отрывается от четверика храма и рушится.
- 1990-е гг.: первой начинает разрушаться южная стена четверика храма, наиболее подверженная воздействию волн от проплывающих мимо судов.



По словам местных жителей, в середине 1990-х гг. на Шексне в районе затопленного с. Крохино земснаряд расширил и углубил фарватер, вследствие чего он был проложен ближе к храму. С этого времени начинается стремительное разрушение южной части трапезной. Колокольня начинает крениться на юг. Таким образом, стоит заметить, что на протяжении 30 лет (с начала 1960-х гг.) храм стоял практически целый.
- Середина – конец 1990-х гг.: посекционно рушится южная стена трапезной.
- 2000-е гг.: четверик храма полностью утратил южную стену; начинает рушиться купол; наконец, не выдерживает маленькая главка на куполе и падает (т.о. 3/5 купола утрачивается). Рушится северо-восточный угол храма. Видимо, основание угла настолько подмыло, что он буквально повис в воздухе. В конце концов, стены не выдержали, и угол буквально оторвался от них. При этом чудным образом устоял юго-восточный угол.
- Середина 2010 г.: рухнул в реку юго-восточный угол храма, на протяжении нескольких лет сиротливо стоявший и кренившийся к югу. Примерно в это же время разрушилась юго-западная часть пристройки вокруг колокольни. Таким образом, юго-западная сторона колокольни открылась ветру и волнам.



Следующей по очереди, судя по характеру разрушений, должна стать последняя секция южной стены трапезной, которая уже существенно просела и висит, похоже, на одних металлических связях. Спасти ее, к сожалению, уже не удастся. Поэтому важно подумать о том, как предотвратить ее падение внутрь, где она может повредить еще целые элементы.
И, наконец, в критическом состоянии в настоящее время находится юго-западный угол четверика храма. Если начнет падать и он, то скорее всего он потянет за собой всю западную стену четверика, что приведет к полной утрате храма. Поэтому спасение его является задачей номер один.

О том, что существует проект сохранения и воссоздания храма Рождества Христова в Крохино я узнал еще в 2009 году, когда готовился к путешествию на Вологодчину и изучал в сети местные достопримечательности. Тогда я не придал особого значения этой информации. Однако когда я своими глазами увидел эту полуразрушенную громадину, торчащую из воды, мне стало грустно от мысли, что в скором времени она может исчезнуть cовсем.
И вот летом 2011 г. я случайно наткнулся в сети на объявление о том, что набирается группа волонтеров для проведения противоаварийных работ в той самой церкви Рождества Христова в затопленном с. Крохино Вологодской области. Даты планируемой поездки совпали с моим отпуском, поэтому долгих раздумий – ехать или не ехать – не было. Я сразу же решил, что поеду обязательно, да и жену с собой возьму.
Об условиях, в которых нам предстояло жить несколько дней в небольшой вологодской деревне недалеко от Шексны, достоверно известно не было. Поэтому настраивали себя на минимум комфорта и готовились к тем трудностям, которые испытывают городские жители в отсутствии таких благ, как водопровод, канализация, электричество, газоснабжение. Короче говоря, готовились к походным условиям.

05 августа

День отъезда. Накануне выяснилось, что попутчиков у нас не будет, едем вдвоем с женой. За один день предстояло преодолеть свыше 650 км.
Из Москвы до Белозерска можно добраться разными путями. При выборе маршрута для меня важны были два фактора: протяженность пути и загруженность трассы. Исходя из этого я решил, что мне лучше всего подходит путь через Сергиев Посад, Углич, Рыбинск, Пошехонье и Череповец (трасса Р104). На этом маршруте практически не бывает фур (они все едут по М8), очень мало ДПСников (за весь путь встретился лишь один) и совершено отсутствуют камеры фото-, видеофиксации нарушений. Однако этот маршрут имеет и ряд недостатков: трасса проходит через города и прочие населенные пункты (так что приходится тратить время на светофорах); дорога очень извилистая (особенно в Ярославской области), в связи с чем обгоны затруднительны; ну и наконец, качество дорожного полотна местами оставляет желать лучшего.
Когда я уже проезжал Троице-Сергиеву лавру мне позвонила девушка по имени И., представившаяся журналисткой из Вологды. Решив тоже поучаствовать в разборе завалов в крохинском храме, а также оказать информационную поддержку нашей акции, она просила подобрать ее в Вологде. Однако я уже ехал другим маршрутом и заезд в Вологду совершенно не входил в мои планы. Я предложил ей проехаться до Череповца, если это возможно, где я с удовольствием бы ее подхватил. Ни о чем конкретном в итоге не договорившись, мы распрощались, и И. пообещала позвонить позднее, если что-нибудь надумает.
Спидометр отсчитывал километры, за окном проносились леса, поля и деревни. Первая остановка в Угличе – размяться и пообедать. У нас с Н. в этом городе есть любимая столовая «Волга», в которой мы обедаем каждый раз, когда проезжаем Углич.
Спустя час мы снова были в пути, а еще через два – уже в Рыбинске. Центр города сохранил свой старинный провинциальный колорит, хочется неспеша прогуляться по нему, рассмотреть архитектуру.







Но времени нет. Забегаем на рынок, затариваемся продуктами для всей группы и снова в путь.
Каждые два часа мы проезжали очередной город. Позади уже Пошехонье и Череповец. Незаметно наступили сумерки, на часах – начало девятого. А вот и указатель на Белозерск. Дорога абсолютно пустая. Редко когда испытываешь такое наслаждение от свободы движения. На несколько километров вперед – никого!
Белозерск уже погрузился в дрему, когда мы въехали в него в половине десятого вечера. Опустевшие улицы, редкие тусклые фонари. На улице Фрунзе находим районную администрацию и забираем там носилки для предстоящих работ в храме.
Путь еще не окончен. Конечная точка маршрута – деревня Каргулино, где мы должны остановиться на несколько дней у местного жителя Василия Анатольевича (В.А.). По разбитой дороге осторожно пробираюсь к выезду из города, чтобы совершить последний в этот день марш-бросок. Примерно на половине пути из Белозерска в д. Каргулино асфальт резко обрывается и дальше приходится трястись по жуткому грейдеру, что сравнимо с ездой по раздолбанной брусчатке – того и гляди машина развалится на части.
Проезжаем Белозерский канал, и сразу за ним д. Каргулино. На самом деле настоящее, исконное Каргулино некогда располагалось на правом берегу Шексны, у ее истока, прямо напротив Крохино.



До начала 1960-х гг. в нем была Троицкая церковь середины XVIII в., сохранившаяся со времен Троицкого Усть-Шехонского монастыря, построенного в XIII в. тщанием белозерского князя Глеба Васильковича, и упраздненного в 1764 г. Перед затоплением церковь разрушили.





Нынешнее же Каргулино образовалось, скорее всего, в результате переселения жителей затопленных поселков.
В Каргулино мы быстро находим нужный дом. На пороге появляется В.А. – мужчина невысокого роста, лет пятидесяти. Его добродушная улыбка сразу пленяет и располагает к доверию.
- А где же остальные? – был его первый вопрос после знакомства.
Второй экипаж сильно задерживался в силу того, что в нем ехала большая часть добровольцев, некоторые из которых в пятницу работали и могли выехать только после окончания рабочего дня.
В.А. проводил нас к месту нашей будущей дислокации – относительно большому одноэтажному деревянному дому на берегу Белозерского канала.





Он провел нас по дому, все показал и отправился к себе. А мы с Н. принялись чистить и варить картошку, чтобы к приезду остальных добровольцев было что поесть.





День, который почти целиком был проведен в дороге, подходил к концу. Слава Богу, что мы успешно добрались до пункта назначения и так чудесно устроились. Однако меня тревожило то, что ребята из второго экипажа до сих пор не приехали, хотя стрелки на часах показывали уже час ночи. Сил перебарывать сон уже не было, и я заснул.

06 августа

Проснулся я самый последний. Ребята из второго экипажа, приехавшие, как оказалось, в 3 часа ночи, уже давно встали и завтракали. За столом шел оживленный разговор о предстоящих работах в храме. Через несколько минут, умывшись и приведя себя в порядок, я присоединился к ним. Чувствовался общий боевой настрой, несмотря на то, что практически никто из нас не представлял, какой объем работ предстоит выполнить в крохинском храме. Из всех нас одна лишь А. – организатор, идеолог Проекта и вдохновитель всех нас – уже бывала ранее в затопленном храме. Остальные имели смутное представление о состоянии храма по фотографиям из интернета.
Позавтракав, мы облачились в рабочую одежду, резиновые сапоги, собрали продукты и погрузили все необходимое в машины. С В.А. договорились встретиться у переправы на Шексне, куда он должен был подплыть на двух лодках – моторке с привязанным к ней вельботом.



Погода в это утро выдалась пасмурная. Моросило, холодный ветер пронизывал до костей. Стоя на переправе в ожидании лодок и глядя на полуразрушенный храм, сиротливо возвышавшийся над водой,



становилось до боли грустно от того, что кроме нас - семи человек, приехавших из Москвы и Вологды сюда, к истоку Шексны, - никому нет дела до того, что вот эта «развалина» - наше историческое и культурное наследие, которое безвозвратно утратится, сгинет в водах Волго-Балта, размоется на мелкие камушки, если срочно не предпринять действий к его спасению. Для многих капитанов судов, проплывающих мимо храма и создающих разрушительную волну, - это всего лишь маяк, знак, указывающий на ширину фарватера. Рухнет храм – поставят красный бакен и все будет продолжаться по-прежнему. Для большинства туристов, отправляющихся в теплоходный круиз, - это всего лишь загадочная руина, домик в воде, который можно сфотографировать, поудивляться про себя как он еще стоит, а через час забыть.
И лишь для немногих этот затопленный, полуразрушенный храм – символ исчезающей Руси, осколок минувших эпох, памятник тем, кого пожрал молох индустриализации.
Прошло, наверное, не меньше часа в ожидании лодок. Мы уже забеспокоились, не случилось ли чего с В.А. Оказалось, что от Каргулино до переправы лишь по суше путь занимает пять минут, по воде же – это огромный крюк с десяток километров.
Наконец, лодки причалили, мы сложили в них весь наш скарб – лопаты, ломы, носилки, стремянку, рюкзаки и корзинки с едой, сами разместились на лавках, предусмотрительно надев спасательные жилеты, и направились в сторону храма. Моторка с привязанным к ней вельботом, надрываясь, преодолевала встречное течение. Вельбот болтало из стороны в сторону, так что ребятам, сидевшим в нем, приходилось корректировать траекторию его движения веслами.



Я впервые плыл на лодке по такой широкой судоходной реке. Время от времени мимо нас во встречной направлении проплывали баржи, огромные танкеры или пассажирские теплоходы. В такие моменты наши лодки подбрасывало на волнах.







Расстояние от переправы до храма на глаз составляет около 1,5 – 2 километров, которое преодолевается примерно за 20 минут. Приближаясь к храму, все мы, затаив дыхание, устремили на него взоры. В.А. сбавил скорость и мы медленно огибали его, чтобы причалить с северной стороны, где образовалась отмель, поросшая травой и кустарником.







Первые минуты после того, как мы ступили на этот островок, образовавшийся из размытого в мелкий щебень кирпича рухнувших стен, все находились  в некотором оцепенении.





Вот он, этот таинственный храм, который до этого момента приходилось видеть только на картинках. Эти стены были свидетелями всевозможных событий на протяжении многих веков, в стенах этого храма возносились молитвы, лились слезы умиления, покаяния и скорби, они становились местом утешения для многих поколений.



И что мы видим теперь? Человеческое равнодушие, попрание вековых духовных и моральных устоев, пренебрежение к своей истории и культуре, ее памятникам привело к тому, что прекрасный двухэтажный храм конца XVIII – начала XIX в. утратил большую часть своего объема и продолжает разрушаться.









Приходя, наконец, в себя после первых впечатлений, мы стали определять фронт первоочередных работ и в этом нам помог Д. – профессиональный архитектор, специализирующийся на реставрации православных храмов. Важнейшей задачей было произвести зачеканку почти наполовину толщины вымытых стен с южной стороны храма – более всего подверженной разрушительному воздействию волн.





Глубина здесь примерно 50 – 70 см, поэтому сначала мы сбрасывали битый кирпич прямо в воду, к основанию стены, чтобы постепенно сформировать насыпь. Каждый определил для себя «свой» участок: одни разгребали завал в трапезной





и подсыпали южную стену,



другие, взяв лом и лопаты, полезли на основной завал в восточной части храма,





а третьи стали выбирать целые кирпичи и укладывать их штабелями в заранее подготовленное место.





Пассажиры проплывавших мимо теплоходов, наверное, с недоумением смотрели на нас. Вряд ли кто-нибудь из них догадался, что семь человек в оранжевых касках, копошащихся на руинах храма, объединены одной идеей – сохранить этот памятник истории.
В этот день вместе с нами в храм приплыл и один из местных жителей – Николай из д. Чикиево, профессиональный каменщик. Расчищая и выравнивая пол под колокольней, он готовил основание для закладки арок колокольни с южной и западной стороны. Из всего храмового комплекса колокольня – единственное сооружение, понесшее наименьшие утраты. Однако вследствие того, что фундамент колокольни размывался на протяжении длительного времени, она дала заметный крен в южную сторону. На мой взгляд, предотвращение потери колокольни должно быть нашей главной задачей. И первым шагом к этому как раз стала закладка арок ее первого яруса.
В этот же день архитектор Д. установил гипсовые маячки на трещинах колокольни, чтобы проследить динамику ее разрушения.



Подводя итог первого дня работ в крохинском храме, нужно отметить следующее:
1. Начата подсыпка основания сохранившегося фрагмента южной стены храма, причем как снаружи, так и внутри. Уже к концу первого дня уровень подсыпки был выше уровня воды. Впоследствии нужно было увеличивать ее площадь.



2. Практически полностью разобран кирпичный завал в трапезной.



3. Собрано приличное количество целых кирпичей и сложено в штабеля. Впоследствии эти кирпичи будут использованы при закладке арок колокольни.
4. Проведена значительная расчистка и выравнивание пола в колокольне.

Первый день работы в храме преподнес нам и некоторые сюрпризы.
Одним из них стало появление тележурналистов из Череповца (корреспондента и оператора).



Возможно, они узнали о нашей поездке от вологодской журналистки И. Но как бы то ни было, постановка проблемы и освещение ее в прессе поможет привлечь к проекту сторонников. Взяв несколько интервью и сняв рабочий процесс на камеру, они вскоре уплыли обратно. Позже в сети появился видеорепортаж по результатам этой поездки.



Вторым сюрпризом стало обнаружение нами в храме живых гадюк.



Они то появлялись, то исчезали в завалах кирпича, в общем-то не сильно нас беспокоя. Однако отныне пришлось быть чрезвычайно бдительными и частенько поглядывать себе под ноги. Впоследствии выяснилось, что местные гадюки вовсе не агрессивные, а укусы их не смертельные.



Ну и, наконец, еще одной неожиданностью стало причаливание к храму катера. Поначалу мы не поняли что это за люди и чего им нужно. С катера сошла невысокого роста молодая девушка. Выглядела она типично по-православному: длинное платье, платок на голове, кроткий взгляд, спокойные движения. Она попросила перчатки и стала помогать нам, а катер тем временем отчалил и уплыл. Все это я наблюдал с противоположной стороны храма. Девушка сначала таскала кирпичи, потом я увидел ее беседующей с кем-то из нашей группы. Катер опять вернулся. С него доносилась русская и польская речь. Говорили о том, как лучше снимать, с какого ракурса и т.д. В этот же момент я обратил внимание, что на катере была установлена кинокамера. А когда нас всех попросили отдохнуть некоторое время, чтобы не попадать в объектив камеры, у меня не осталось сомнений, что люди на катере – съемочная группа, а девушка – актриса. По их словам, они снимали документально-художественный фильм о затопленных православных храмах. Бог им в помощь…
Таким выдался первый день в Крохино, оставивший массу впечатлений.



07 августа

Во второй день пребывания в Крохино мы продолжили разгребать завалы, отбирать целые кирпичи и сооружать насыпь у южной стены храма. Николай продолжал расчищать пол колокольни. Так прошла половина дня, и вскоре мы вынуждены были расстаться с Д.и И., которым нужно было возвращаться домой, чтобы в понедельник уже выйти на работу. Николай присоединился к ним, и нас осталось пятеро. Но и в сокращенном составе мы настойчиво продолжали осуществлять задуманное.
Кирпичный завал постепенно уменьшался. Порой нам попадались лепные декоративные элементы внутренней отделки храма, которые мы откладывали в сторону, старинные четырехгранные кованные гвозди, анкера и металлическое приспособление, с помощью которого иконостас крепился к стене храма.
К концу второго дня отмостка с южной стороны храма выглядела уже весьма внушительно. Она несколько раз прошла испытание сильной волной от проплывающих судов, и мы надеялись, что теперь стены храма более-менее защищены от размывания.



Как и днем ранее, В.А. приплыл за нами в восьмом часу вечера. Собрав весь инструмент, носилки и личные вещи, мы отчалили от храма.







С грустью и чувством незаконченного дела мы провожали храм взглядом и мысленно прощались с ним до следующего раза.



Однако уже на берегу А. высказала предложение остаться еще на один день и поработать. В общем-то меня не удивило это предложение и мы охотно согласились. В.А. тоже был не против оставить нас у себя еще на две ночи.

08 августа

Утром во время завтрака мы договорились о том, что в храм плыву я и Н., а остальные отправятся на поиски глины, песка и в магазин за цементом. Все это потребуется для закладки арок колокольни. Глина нужна была для того, чтобы кладка не получилась капитальной, и в свое время ее можно было бы без проблем разобрать.
Поскольку В.А. в этот день заступил на дежурство в сторожке на Белозерском канале, в храм нас повез его знакомый – Валерий. Он же и помогал нам весь этот день. Мы продолжали расширять площадь подсыпки и уменьшать завал кирпичей.



Каждый час Валерий отправлялся на лодке к переправе, забирать мешки с глиной и песком, которые доставляли туда ребята. Он в несколько заходов переправил к храму полтора десятка мешков глины и песка.



В последний заход, уже ближе к обеду, он привез, наконец, и ребят.
В третий день работы уже сказывалась усталость. Перерывы стали чаще и продолжительнее.



К тому же дул сильный ветер с юго-запада, который засыпал наши глаза песком и строительной пылью. То и дело приходилось промывать их речной водой.

В восьмом часу вечера решено было завершать работы и собираться плыть к берегу.



Конечно же три дня – это не тот срок, за который можно свернуть гору, даже ту гору битого кирпича, что образовалась в результате обрушения части храма. Но тем не менее, мы приложили все силы, чтобы дело сдвинулось с мертвой точки, чтобы впервые за 50 лет, прошедшие с момента затопления храма, попытаться остановить разрушительный процесс или хотя бы его замедлить. Поскольку это был наш первый опыт проведения работ в затопленном храме, то, естественно, в силу нашей некомпетентности в специфических вопросах, нами не были учтены некоторые особенности аварийно-восстановительных работ в воде. Но самое главное, что было положено начало, была проторена дорожка к храму. И я надеюсь, что постепенно идея сохранения храма Рождества Христова в Крохино привлечет все больше сторонников.

Особую благодарность за бескорыстную помощь, предоставление инструментов, жилья и лодок хочется выразить жителям окрестных деревень:

Василию Анатольевичу из д. Каргулино



Николаю из д. Чикиево



Валерию из с. Глушково